xwap.me
Хиты и новинки
Бесплатная порнушка
Моб-Портал

Спиридович А И - Великая Война и Февральская Революция 1914-1917 годов (Том 1) - Страница 62

ела блестящее дело на Днестре, при
Звеничи и Залещики. Великий Князь находился со штабом около железнодорожной
станции Звеничи. Спокойно смотрел Великий Князь на разрывавшиеся кругом
снаряды. Он, как всегда, был весел и все рвался туда, где была опасность.
Дивизия очень полюбила его. Офицеры любили его за дивные душевные качества.
Дикие горцы-всадники - за его храбрость и еще больше за то, что "Наш Михаил -
Брат Государя." Тут любовь переходила в обожание. Горцы его боготворили.
"Через глаза нашего Михаила сам Бог смотрит", сказал один умиравший в
госпитале горец, когда Великий Князь, навестив его, отошел от его кровати.
Великий Князь всегда хотел быть впереди. Его начальник штаба, Юзефович, не
останавливал его, за что офицеры даже нарекали на него. "Нельзя так, это же
Брат Государя." Однажды, ехавши с Юзефовичем на автомобиле и с доктором
Катоном, Великий Князь, правивший машиной, попал в район расположения
неприятеля. Только чисто спортивная ловкость и смелость Великого Князя
выручила их тогда и они не попали в руки противника.
Приехав теперь в Ставку после беспрерывной годовой боевой службы, Великий
Князь имел за боевые отличия Георгиевское оружие и Георгия 4-ой степени. Его
приезд совпал с блестящим делом его дивизии по взятию позиции с высотой Баба
No 292. По получении телеграммы, Государь вызвал для доклада графа Воронцова.
Граф получил за то дело Георгиевское оружие. Командир Кабардинского полка,
Князь Амилахвари и Дагестанского полка, Князь Бекович-Черкасский, начальники
пехотных частей и артиллерии и многие солдаты и всадники получили Георгиевские
кресты.
Пробыв в Ставке несколько дней, Великий Князь вернулся на фронт.
Были в Ставке по несколько дней и Великие Князья Кирилл Владимирович,
Командир Гвардейского Экипажа, Георгий Михайлович, которого Государь посылал с
особыми почетными по армии, поручениями, и Димитрий Павлович.
{208} Его вмешательство в дело смены В. Кн. Николая Николаевича, видимо,
не изменило хорошего к нему отношения Государя.
Вообще, при Государе в новой роли, Ставка связалась ближе с находившимися
на фронте Великими Князьями, нежели то было раньше. Николай Николаевич не
жаловал своих родичей и относился к ним высокомерно, а иногда и резко.
Подобное отношение не оправдывалось поведением, более младших по чинам и
летам, членов Династии, которые все, без исключения, вели себя на фронте
безупречно и служили, действительно, примером для солдат и офицеров.
Хотя удар Государя по Ставке обезглавил политическую интригу того времени,
политический кризис еще не был разрешен.
28-го августа оформилось объединение фракций и групп Гос. Совета, Гос.
Думы в так называемый Прогрессивный Блок. Блок считал, что победа над немцами
возможна только при существовании сильной, твердой и деятельной власти, а
такою властью может быть только власть, опирающаяся на народное доверие. Это
возможно только при создании правительства из лиц, пользующихся доверием
страны и согласившихся с законодательными учреждениями относительно
выполнения, в ближайший срок, определенной программы и при изменении приемов
управления. Блок наметил ряд мер. Иными словами, пользуясь критическим
положением страны, либералы решились попытаться ограничить власть монарха. Был
сделан нажим на министров.
Почти все они стояли на том, что Гос. Думу надо распустить, заменить
Горемыкина новым, приемлемым для общественности человеком, подобрать
министров, которые бы работали в согласии с законодательными учреждениями. Все
это должен был сделать Государь.
Горемыкин был решительно против такого плана. Его поддерживала Царица,
видевшая в плане покушение на ограничение Монарха.
Горемыкин же прибег к новой тактике. Воспользовавшись отъездом Государя,
он стал ездить в Царское Село с докладами по государственным делам к Царице.
Царица была привлечена к обсуждению этих дел. Она стала {209} высказывать свои
заключения по ним Государю. Она письмами стала убеждать Государя принять то
или другое решение. Иногда в своем мнении она подкреплялась мнением Распутина.
О поездках премьера в Царское Село появлялись заметки в газетах. Пошли новые
толки и пересуды о вмешательстве Царицы в дела управления.
30-го августа Горемыкин приехал в Могилев с докладом к Его Величеству.
Государь решил продолжать прежний курс политики. Он подписал указ о роспуске
Гос. Думы с 3-го сентября, для урегулирования же вопроса о взаимоотношениях
премьера с министрами обещал пригласить Совет Министров в Могилев.
Этот Совет Министров и состоялся в Могилеве 16-го сентября. Открыв
заседание, Государь выразил неудовольствие по поводу коллективного письма
министров, причем даже спросил их:
"Что это, забастовка против меня?"
После Государя говорил Горемыкин о возникших между ним и министрами
несогласиях и закончил свою речь словами:
"Пусть, например, Министр Внутренних Дел скажет, отчего он не может со
мной служить".
На это последовал краткий и сдержанный ответ князя Щербатова о
принципиальном различии их взглядов на вопросы текущего момента. Затем против
Горемыкина говорил Кривошеин, произнесший взволнованно довольно резкую речь.
И, уже в совершенно истерических тонах говорил против Горемыкина Сазонов.
Самарин говорил резко, но спокойно. "Ваше Величество, - говорил он, - укоряете
нас, что мы не хотим Вам служить. Нет, мы, по заветам наших предков, служим не
за страх, а за совесть. А что против нашей совести, то мы делать не будем".
Видимо удивленный страстностью и прямотой речей, Государь сидел красный и
взволнованный и, когда наступило молчание, как бы не знал, что делать. Из
неловкого молчания вывел князь Щербатов. Попросив слова, он, в спокойном тоне
высказал причины разномыслия большинства министров с премьером следующими
словами:
{210} "Причин, вызывающих разн
Стр.
Реклама
Бесплатная порнушка
Портал Загрузок
Мобильные Знакомства
Информация
waplog